Международное энергетическое агентство (МЭА) регулярно публикует доклады под названием «Электричество», которые посвящены развитию электроэнергетики. Но сегодня МЭА впервые выпустило особый (специальный) доклад под названием «Электрификация».
Речь идёт не о расширении доступа к электроэнергии в регионах, где есть её дефицит. Совсем о другом — об увеличении доли и значения электричества в мировой экономике, в потреблении энергии.
Доклад написан «по заказу» Турции и Австралии в преддверии климатического саммита COP31, который пройдет в Анталье. Австралия выступает там в качестве так называемого «Президента переговоров» (President of Negotiations).
Эти две страны выступили с идеей «35 к 35». Имеется в виду, что электричество должно покрывать 35% конечного потребления энергии к 2035 году. Сегодня доля электричества составляет 23%. Такое обязательство предлагается взять на себя участникам COP31. При этом в тексте говорится, что цель должна поддерживаться «разнообразными и устойчивыми источниками энергии», не определяя эти источники. Это вызывает озабоченность разного рода экологов и специалистов по климату, которые обоснованно хотят, чтобы цель была достигнута с помощью, в первую очередь, ВИЭ.
Напомню, согласно недавно опубликованному «Плану действий по электрификации» (Electrification Action Plan) Европейского Союза, доля электроэнергии в конечном потреблении энергии в ЕС должна вырасти до 46% к 2030 году, хотя сегодня она составляет всего 23%. В Китае этот показатель уже сегодня составляет примерно 30%.
Хорошо известно, что потребление электричества растет быстрее потребления энергии в целом. Как пишет МЭА, «мировой спрос на электроэнергию рос быстрее, чем мировой ВВП и почти в два раза быстрее, чем общий спрос на энергию в последние годы».
Электричество является основным источником энергии для деятельности, которая генерирует почти половину мирового ВВП (агентство выделяет кондиционирование, дата-центры, современное производство, электромобили и т.д.).
Анализ, проведенный МЭА, показывает, что экономически эффективно можно поднять мировой уровень электрификации до примерно 33% нынешнего мирового конечного потребления энергии.
Наибольший потенциал сокращения выбросов, по мнению МЭА, существует в транспортном секторе, благодаря существенному падению стоимости литий-ионных аккумуляторов. Анализ показывает, что примерно половина потребления энергии, покрываемая с помощью нефти, может быть экономически эффективно покрыта электричеством.
Здания — само собой, крупный сектор.
В промышленности основной потенциал электрификации наблюдается в текстильной, пищевой, целлюлозно-бумажной промышленности, а также в производстве некоторых химических веществ. По данным МЭА, 40% потребления энергии промышленностью, затрачиваемой на производство низко- и среднетемпературного тепла, может быть экономически эффективно электрифицировано уже сегодня.
В сценарии, в котором страны-импортеры топлива по всему миру значительно ускоряют электрификацию своих экономик (High Electrification Scenario), их счета за импорт энергии могут снизиться более чем на 400 миллиардов долларов к 2035 году по сравнению с уровнями 2025 года. К тому времени более быстрая электрификация может означать, что мир потребляет на 18 миллионов баррелей нефти в день меньше, чем в противном случае, в основном в результате быстрого распространения электромобилей в этом сценарии.
Весьма важным в докладе, на наш взгляд, является отдельное выделение доли электричества не только в конечном потреблении энергии (final energy consumption), но и в потреблении «полезной энергии» (useful energy) – см. график. Согласно анализу МЭА, ориентация исключительно на показатели конечной энергии может ввести в заблуждение, поскольку различные виды топлива преобразуются в полезную энергию с существенно различающимся КПД.
Агентство определяет «полезную энергию» как энергию, доступную конечным потребителям для удовлетворения их потребностей в энергетических услугах. Вследствие потерь при преобразовании непосредственно в месте использования количество полезной энергии для большинства технологий оказывается меньше соответствующего объема конечной энергии. На долю электроэнергии приходится около 23% мирового конечного энергопотребления, однако она обеспечивает гораздо большую часть (почти 40%) тех реальных полезных энергетических услуг, которыми пользуются люди. То есть потери энергии при использовании электрических технологий намного ниже, чем при использовании ископаемого топлива.
Об этом мы уже не раз писали (см., например, заметку «Об энергетическом балансе»).